Как вы оцениваете текущую ситуацию на ИТ-рынке? Стали ли заказчики чаще переходить на отечественные решения?

Если брать общую ситуацию, я оцениваю ее крайне позитивно. Темп, который сейчас набирает этот процесс [перехода на отечественные решения — прим. ред.], возрастает из года в год. Если говорить конкретно про ту сферу, в которой работает непосредственно наша компания, — а эта сфера связана с платформами виртуализации, их развитием, облаками и различными комплементарными инфраструктурными сервисами вокруг тематики виртуализации, — то там происходит особенно в 2024 году ряд позитивных сдвигов. Если исторически посмотреть на этот вопрос, то как только случились события февральские, рынок замер в ожидании на какое-то время. Приходило осознание того, что происходит, в первую очередь, к конечным пользователям. Насколько риск велик того, что нас покидают один за одним иностранные вендоры? Практически весь 2022 год и даже кусочек 2023 года большинство пользователей пребывали в состоянии неопределенности. Потом они постепенно пересобрались и осознали, что это всерьез и надолго. И действительно нужно нивелировать отсутствие иностранных решений или сложность их эксплуатации, потому что говорить об отсутствии пока не стоит - они все еще здесь с нами, но сильно затруднена модель сопровождения этих решений и коммуникация с западными вендорами. Большинство крупных инфраструктурных кампусов, большие корпоративные пользователи начали всерьез рассматривать и тестировать большое количество платформ виртуализации. Это был достаточно позитивный момент, но до применения непосредственно наших продуктов доходило в очень маленьком количестве случаев, ровно потому что определенности с тем, какая целевая платформа должна быть выбрана, у заказчиков не было. Соответственно, миграция или защита виртуальной инфраструктуры как некий следующий этап, когда уже какое-то количество продакшн-нагрузки оказалось на целевой платформе, очевидно, были не востребованы. Сейчас мы видим, как начинает постепенно реализовываться этот отложенный, накопленный спрос, все больше заказчиков обращают внимание на подобного рода инструменты и ищут исполнителя подобных услуг. У них остро начинает болеть проблематика переноса виртуальной инфраструктуры тем или иным способом, а опыт в этой части не очень большой накоплен. Конечно же, спрос сейчас шквалом от месяца к месяцу начинает нарастать.

Какие ключевые барьеры и вызовы стоят на пути к импортозамещению?

Барьеры и вызовы на самом деле достаточно органичные и очевидные в каком-то смысле. Единственным существенным сдерживающим фактором, не барьером, но сдерживающим фактором, является «юность» российских продуктов. То есть, не очень высокая степень зрелости. В особенности, если мы говорим про базовую инфраструктуру, практически вся она на 100% до 2022 года реализована на иностранных решениях. И тут важный момент. Речь даже не про то, что она была реализована на иностранных решениях, а про то, что инженерное коммьюнити, которое сопровождало в разных организациях эти решения, фактически обладало опытом работы только с иностранным продуктом. У них, конечно же, по щелчку пальцев не появится никогда такой же масштабный накопленный опыт эксплуатации какого-то отечественного решения. Требуется время на вызревание этой компетенции, и инженеры должны быть уверены в тех решениях, которые они эксплуатируют. Это абсолютно нормальная история. То есть если бы я был инженером, я бы тоже отдавал предпочтения тем решениям, в которых я уверен как специалист. Но, к сожалению, на это надо время. Поэтому многие организации по-прежнему очень аккуратно подходят к тематике внедрения чего-то отечественного и очень большое внимание уделяют процессу разнообразного тестирования, обкатки, проектно-сдаточных испытаний в разной форме. На это тратится большое количество времени, потому что те решения, которые были раньше, не надо было апробировать. А к тем, что приходят им на смену, конечно есть определенные вопросы. И, повторюсь, это нормально.

Какие законодательные инициативы способствуют развитию российской ИТ-отрасли?

В какой-то мере все инструменты [льготы, преференции, гранты — прим. ред.] работают с разной степенью эффективности для разных компаний. Мы представляем из себя явление ранее редкое — это коммерческая компания, авторский разработчик. Мы каким-то количеством из перечисленных инструментов не пользуемся сознательно, просто потому что у этих инструментов есть обратная сторона медали – они обременяют какой-то невероятно сложной отчетностью, что сложно сделать в авторском коллективе, который как парус под дуновением ветра идет за рынком. И единственный инструмент, который, безусловно, мы поощряем и от которого мы рады – это какие-то налоговые льготы, которыми можно пользоваться компаниям, аккредитованным Минцифры, которые занимаются ИТ, продукт которых находится в реестрах российского ПО и так далее. Это приятно. 

Как изменились ваши подходы к формированию продуктовой линейки в сравнении с 2022 годом?

Если честно поговорить про историю развития проекта MIND Software, то изначально мы задумывали этот проект в большей степени на международный рынок. Задуман он был до событий 2022 года. Но когда все произошло, мы достаточно резко развернули курс компании, поняв, что огромное количество работы будет связано с активизировавшейся и очень актуальной повесткой импортозамещения не на словах, а на деле. Поняли, что в России будет востребован этот продукт в большей степени, чем на международном пространстве, и сфокусировались здесь в первую очередь.

Какие у MIND Software планы по развитию продуктов?

Во-первых, это развитие основного опорного продукта, который называется программный комплекс MIND. Он на текущий момент состоит из двух модулей – MIND Migrate и MIND Guard. Соответственно. Первый посвящен тематике переноса виртуальной инфраструктуры между платформами, второй – тематике повышения отказоустойчивости также в кросс-платформенном контексте. Мы планируем их развивать в том виде, в котором сейчас это делаем. Мы используем проверенный подход: на очень ранней стадии показываем свой продукт клиентам, которые готовы на этом этапе его готовности давать какую-то обратную связь, пытаться его применять методом проб и ошибок с нашей помощью, безусловно. В такой коллаборации с опорными клиентами мы постоянно насыщаем продукт различной функциональностью. На самом старте идеальный продукт сделать невозможно, потому что невозможно предугадать тот сценарий, который будет у пользователя непосредственно в его инфраструктуре. Мы считаем единственно правильным способом подход, когда мы постоянно проверяем продуктовые гипотезы — относительно какой-то функциональности, относительно возможностей продукта, иногда относительно целого продукта — на реальных пользователях. Мы с ними достаточно много разговариваем, пытаемся понять, действительно ли этот функционал нужен или просто для красного словца запрос в нашу сторону летит. Это реальный диалог с клиентом, определение реальной потребности и превращение ее в продукт. Собственно говоря, так он развивается. Если говорить про техническую сторону вопроса, то мы стараемся покрывать все больше и больше различных сценариев, которые есть у клиентов в части мобильности и отказоустойчивости виртуальной инфраструктуры. В разных ипостасях для разных платформ. Мы на текущий момент активно сотрудничаем с 14 платформами виртуализации на российском рынке, поддерживаем практически все популярные иностранные решения в этой части. Дальше планируем большое внимание уделять матрице совместимости наших продуктов, потому что это одно из серьезных конкурентных преимуществ. Также мы смотрим на новые направления. Одно из перспективных направлений, в котором уже ведутся работы, это продукт из тематики программно-определяемого хранения. Он пока не выпущен на открытый коммерческий рынок, но это произойдет в ближайшем обозримом будущем. На наш взгляд, это тоже очень удачно вписывается в концепцию инструментов по управлению данными в корпоративной виртуальной инфраструктуре, хотя это и немного другая тема. Она близкая, но тем не менее сильно отличающаяся от проблематики мобильности и отказоустойчивости. Здесь мы тоже рассматриваем возможность создания востребованных продуктов.